Поиск по этому блогу

понедельник, 7 февраля 2011 г.

Горе от ума!!!


Главная интрига «великой арабской революции», эпицентром которой стал Египет, впереди. Судьба всего Ближнего Востока, а также цен на нефть зависит от выбора египетской армии — последнего оплота стабильности в крупнейшей арабской стране, а также позиции США — главного спонсора режима Хосни Мубарака. О причинах происшедшего и наиболее вероятных сценариях исхода революции в интервью «Итогам» размышляет директор Института востоковедения РАН Виталий Наумкин.
— Виталий Вячеславович, говорят, что революции в Тунисе и Египте первые «сетевые». Вы с этим согласны?
— Судите сами. Тунис, где все началось, тратил на образование до одной пятой госбюджета. Это и сделало прежний режим столь уязвимым: 30 процентов выпускников вузов не могут найти работу.
Продвинутая молодежь стала активно использовать Интернет в своих целях. «Сетевая» революция быстро перекинулась и на Египет, где демонстранты поддерживали связь со своими сторонниками с помощью Facebook и Twitter. Приведу цифры: в 10-миллионном Тунисе Интернетом пользуются 3,5 миллиона человек. В 80-миллионном Египте — 20 миллионов. При этом в Алжире, где проживает 34,5 миллиона, Интернет доступен менее чем для 5 миллионов — там и не сработал эффект домино.
— Каковы причины массовых выступлений в Египте?
— Как и во многих исламских странах, там сохраняется вопиющее неравенство в доходах и уровне жизни. Доход многих людей составляет около двух долларов в день. Катализатором беспорядков в Тунисе стал отчаянный поступок торговца овощами, который поджег себя в знак протеста против того, что у него конфисковали тележку с товаром. Информация тут же получила распространение через социальные сети. А вскоре сюжет повторился в Египте, Мавритании и Алжире, где люди тоже облили себя бензином, чтобы совершить самосожжение. Все это говорит о том, что народ там доведен буквально до ручки.
— Однако бунтует в основном арабский средний класс...
— Пример Туниса и Египта свидетельствует, что революции случаются не там, где много бедных, голодных и плохо образованных людей, а там, где существует масса образованной молодежи, которая ассоциирует себя с западной культурой. У этих людей высокие ожидания. И вдруг новое поколение выясняет, что в стране практически полностью отсутствуют социальные лифты. Они начинают понимать, что диплом об окончании даже Сорбонны вовсе не является путевкой в жизнь и что их ждет работа либо торговцем на базаре, либо мелким клерком на почте. Экономический кризис лишь усугубил ситуацию с нехваткой работы почти во всех странах Ближнего Востока. Отсутствие возможностей, помноженное на крах ожиданий, создает ту «точку кипения», которая выводит людей на улицы. После событий последних недель арабский мир вряд ли будет прежним. Он вступил в новую эпоху.
— Какую — демократическую или исламистскую?
— Уравниловки тут быть не может. В Египте в отличие от Туниса всегда было мощное исламское движение. Поэтому многие политологи считают, что, если завтра в Египте провести свободные выборы, которых там никогда не было, победу одержат «Братья-мусульмане». Этой партии исламистского толка, существующей аж с 1928 года, до сих пор было запрещено участвовать в выборах.
— Каковы, на ваш взгляд, вероятные сценарии решения ситуации в Египте?
— Их может быть несколько. Первый вытекает из тунисского варианта, когда местная элита заставила президента покинуть страну. Такой вариант устроил бы и египетских демонстрантов. Но он не устроит президента Хосни Мубарака, который если и подумывает об уходе, то хотел бы это сделать красиво. Да и для Запада насильственная отставка Мубарака не очень привлекательна, прежде всего из-за непредсказуемости ее последствий.
Второй вариант также подразумевает отставку Мубарака и создание переходного правительства во главе с одним из близких Западу людей. На эту роль годится, к примеру, Мохаммед аль-Барадеи. Этот сценарий полностью устроил бы США, ЕС и Израиль. И, как ни странно, исламистов из «Братьев-мусульман», которые поддержали кандидатуру аль-Барадеи. Но он вряд ли устроит демонстрантов, в среде которых сильны антиамериканские и антиизраильские настроения. И Хосни Мубарака, поскольку не дает ему гарантий от уголовного преследования в будущем.
Третий вариант исходит от самого президента Египта. Он обещает проведение реформ и честных выборов. На переходный период создает временное правительство. Этот вариант, который уже стал претворяться в жизнь, устраивает Запад. Но не оппозицию и, главное, восставший народ.
Наконец, существует вариант, который может разыграть армия, остающаяся на сегодняшний день единственной силой, способной предотвратить египетский коллапс. По мере ухудшения ситуации караул может устать — генералитет в состоянии выйти на политическую сцену и занять на ней куда более активную позицию.
— Какие последствия для ближневосточной политики России может принести арабская революция?
— Пока никаких серьезных последствий, кроме туристической темы, я не вижу. Но мы не знаем, как дальше будет развиваться ситуация. Тем не менее главный вывод, который должны извлечь из данного урока все ведущие страны включая Россию, состоит в следующем. Наряду с поддержанием нормальных, здоровых отношений с правящими элитами нужно внимательно изучать и иметь постоянные контакты с лидерами оппозиционных движений. Это необходимо для того, чтобы, случись подобные события снова, не оказаться застигнутыми врасплох.